Перед тем, как переходить к глубинным вопросам, нужно немного подробнее рассмотреть явление, о котором идёт речь. Начнём с того, что такое коллективное творчество имеет своё название — стикербомбинг. Это форма уличного искусства, борьба художников за видимость в городском пространстве. Практику стикербомбинга можно ассоциировать одновременно с несколькими субкультурными традициями: граффити-культурой, художественным оформлением гоночных автомобилей в Японии и панк-коллажем.
У истоков движения стоит целая плеяда уличных художников, однако зарождение стикер-арта часто связывают с конкретным именем — Шепардом Фейри. Он создавал работы в стиле поп-арт, рисовал обложки для альбомов рок-групп и плакаты, посвящённые социальным и экологическим проблемам. Будучи ещё студентом, Фейри вместе с друзьями погрузился в панк-культуру и скейтбординг — идеология и эстетика сообществ повлияли на его авторский стиль и смелость в способах самовыражения.
Начало стикербомбингу положил «Гигант»: в 1989 году Шепард Фейри сделал партию наклеек с лицом Андре Гиганта, французского актёра и рестлера.
Фото: Стикер «Гигант», источник: исследование О. Евдокимова «Стикер-арт»
Ироничное изображение приглянулось знакомым Фейри, и вскоре лицо «Гиганта» уже мелькало по всему городу: совершенно случайно художник задал вектор развития новому направлению в уличном искусстве. Вскоре появилась новая версия стикера: к портрету добавилась надпись «OBEY», которая в массовой культуре сейчас прочно ассоциируется со стрит-стайлом, и в первую очередь — с одеждой: в 2001 году Шепард Фейри основал одноимённый бренд. Пик его популярности среди российской молодёжи пришёлся на 2010-е годы: в особенности подросткам того времени полюбилась кепка с надписью «OBEY»; практика стикербомбинга же начала набирать обороты в нашей стране немного раньше.
Благодаря талантливым художникам, работающим над авторскими стикерами, направление продолжает развиваться, привлекая всё больше последователей как за рубежом, так и в России. Их рисунки появляются не только на стенах трансформаторных будок и на обратной стороне дорожных знаков: скейтеры украшают стикерами свои «доски», а точками распространения авторских наклеек становятся специализированные магазины — именно они на заре стикербомбинга сыграли важную роль в популяризации практики. Наиболее яркие и интересные субкультурные явления неизбежно превращаются в коммерцию, граница между искусством и рекламой размывается: например, бренды одежды и тату-салоны сейчас используют для рекламы стикеры, выполненные в эстетике стрит-арта.
Молодёжь часто знакомится со стикербомбингом, будучи уже вовлечённой в другие неформальные движения: в одних случаях стикеры становятся альтернативой для тэггинга («тэг» — опознавательная метка человека, зашифрованное имя или никнейм) и граффити, в других — способом рассказать всему городу о любимых музыкальных группах и фандомах. Пожалуй, пришло время вернуться к вопросу, прозвучавшему в начале рассказа о стикербомбинге: «кто и зачем создаёт новый культурный слой городских улиц?»
Мы решили обсудить его с молодыми людьми, неравнодушными к уличному искусству. Об отношении к стикерам в пространстве города и своём опыте взаимодействия с ними нам рассказали:Максим (25 лет) — фотограф, погружён в тему стрит-арта, использовал стикеры как способ альтернативного тэггинга.
Настя (26 лет) — дизайнер, размещала рельефы на стенах в рамках своего стрит-арт проекта.
Морда (19 лет) — mixed media художник, учится на направлении антропология/этнология, рисовал стикеры вместе с командой и занимался стикербомбингом.
Марина (18 лет) — студентка исторического факультета, придерживается неформального стиля в одежде, для неё поиск стикеров на улицах центра — увлечение, способ исследования городской среды.
Пока кто-то считает стикеры в публичных местах вандализмом, творческие ребята видят в этом эстетику: в их глазах изображения не портят обычные здания, а дополняют и украшают их.
«Когда я начала гулять по центру пару лет назад, стала обращать внимание на стикеры с необычным дизайном. У меня появилось желание фотографировать такие концептуальные вещи, заливать в телеграм-канал. Но сама я стикеры не клею», — вспоминает Марина.
Фото: Снимки стикеров из архива Марины
В кадре девушки вполне могут оказаться стрит-арт работы Максима, Морды и Насти. Их объединяет стремление экспериментировать с пространством, однако опыт в сфере уличного искусства существенно отличается.
Биография Насти не связана с неформальными течениями, в поисках вдохновения она не ориентировалась на субкультурные традиции. Художница выбрала одну из самых неординарных форм, которые можно встретить на улицах — рельефы: «Основной смысл был — оставить арт-объект где-то в интересном месте, разнообразить улицу, чтобы человек шёл мимо, вдруг что-то увидел и подумал “вау, круто!” …ну, или наоборот (смеётся). В общем, вызвать какую-то эмоцию».
Максим, напротив, начал интересоваться уличным искусством как частью субкультурных практик. В подростковом возрасте вместе с друзьями он увлекался скейтбордингом, паркуром и граффити: «Всё это задало тон, мы уже тогда погружались в стилистику и культуру».
История Морды созвучна рассказу Максима — он тоже катался на доске, рисовал граффити и начал вливаться в стикер-арт движение через знакомых:
«…в школьном кругу были тэггеры, которые, в свою очередь, уже знали группы центрального московского движа (примерно 2019 год). Казалось, что к году 20-му уже начали ребята поголовно осваивать новый медиум и переходить от маркера к стикеру».
Переход «от маркера к стикеру» — классическая история: среди уличных художников стикеры закрепились как альтернативная форма тэггинга. Стикеры кажутся более безопасными, чем метки, оставленные с помощью краски — как для райтера, так и для городских стен; они выглядят гораздо аккуратнее и привлекают больше позитивного внимания со стороны окружающих. Такого мнения придерживается Максим: «На граффити реально уходит много времени: подготовить скетч, нарисовать на стене что—то — я начал искать более простые способы самореализации… сначала я рисовал тэг баллончиком, но это довольно рискованно, а мне не нравится, когда искусство связано с риском: так я пришёл к стикербомбингу».
С ним соглашается и коллега по ремеслу: «Стикер куда более безопасный, чем тэг, он не агрессивен, это возможность нести искусство в массы».
Фото: Тэг «Зло» Максима, перенесённый на типовой стикер «Hello my name is…»
В отличие от Максима, который перенёс тэг на стикер «Hello my name is…» (кстати, это довольно популярная практика), Морда работал над «кереком» — так называют изображение авторского персонажа:
«С самого начала отрицал буквы и ориентировался на стритартеров типа Кирилла Кто, Сугубо, Стейга, Сашу Рейвен. Привлекала абстрактная форма, в духе авангарда 20-ых. Рисовал сначала керека, смешную морду с высунутым языком… Позже меня потянуло к более экспрессионистским формам, мой персонаж трансформировался в цветастую улыбчивую рану на стене. Мой стиль до сих пор основывается на деконструкции цвета и формы».
Фото: 1 — Граффити Морды и стопка авторских стикеров, из архивов художника,
2 — Стикер Морды на споте, организованном на Винзаводе
Но единственная ли цель уличных художников — наполнять пространство города новыми смыслами и делиться искусством с окружающими? Для Насти и Марины это так: девушки считают подобные практики приемлемымилишь в тех случаях, когда стикеры и рельефы находятся в визуальной гармонии с урбанистической средой.
«Уличное искусство, тэггинг, граффити, если мы берём историю, то это часто — желание донести какую-то мысль. Однако объект должен быть уместен, вписываться в пространство. Для меня недопустимо портить отреставрированные здания, памятники архитектуры и места, где объект навредит поверхности». (Настя)
«Стикеры могут хорошо дополнять, например, стены домов или фонарные столбы. Мне кажется, нельзя размещать их там, где стикеры как бы не вписываются в концепцию, и в исторических местах». (Марина)
Молодые люди делают акцент и на другом источнике мотивации:
«Это было весело, хотелось о себе заявить и познакомиться с крутыми художниками, казалось, что это самый быстрый путь». (Морда)
«Стикербомбинг — способ заявить о себе, хоть и не с целью получить популярность в медиа. Тема оставления своего следа идёт с самого сотворения человека, и тэггинг, по сути, несёт в себе этот самый мотив — оставить след». (Максим)
Независимо от того, что важнее для уличных художников — заявить о себе или разнообразить городской пейзаж, — стикербомбинг превращает случайную поверхность в пространство диалога, где каждый новый стикер дополняет предыдущие, создавая новый культурный слой. И всё же уместность — один из факторов, определяющих положение стикеров. Категория «уместности» формируется достаточно просто: если в определённой локации появилась наклейка и её не сорвали в течение какого-то времени, то вскоре и другие уличные художники разместят по соседству свои работы. Так образуются «споты» — точки притяжения, где стикеры образуют коллективный коллаж, стихийно организованную выставку.
Фото: Спот в московском баре: на фоне рекламы, QR-кодов и
Но единственная ли цель уличных художников — наполнять пространство города новыми смыслами и делиться искусством с окружающими? Для Насти и Марины это так: девушки считают подобные практики приемлемымилишь в тех случаях, когда стикеры и рельефы находятся в визуальной гармонии с урбанистической средой.
«Уличное искусство, тэггинг, граффити, если мы берём историю, то это часто — желание донести какую-то мысль. Однако объект должен быть уместен, вписываться в пространство. Для меня недопустимо портить отреставрированные здания, памятники архитектуры и места, где объект навредит поверхности». (Настя)
«Стикеры могут хорошо дополнять, например, стены домов или фонарные столбы. Мне кажется, нельзя размещать их там, где стикеры как бы не вписываются в концепцию, и в исторических местах». (Марина)
Молодые люди делают акцент и на другом источнике мотивации:
«Это было весело, хотелось о себе заявить и познакомиться с крутыми художниками, казалось, что это самый быстрый путь». (Морда)
«Стикербомбинг — способ заявить о себе, хоть и не с целью получить популярность в медиа. Тема оставления своего следа идёт с самого сотворения человека, и тэггинг, по сути, несёт в себе этот самый мотив — оставить след». (Максим)
Независимо от того, что важнее для уличных художников — заявить о себе или разнообразить городской пейзаж, — стикербомбинг превращает случайную поверхность в пространство диалога, где каждый новый стикер дополняет предыдущие, создавая новый культурный слой. И всё же уместность — один из факторов, определяющих положение стикеров. Категория «уместности» формируется достаточно просто: если в определённой локации появилась наклейка и её не сорвали в течение какого-то времени, то вскоре и другие уличные художники разместят по соседству свои работы. Так образуются «споты» — точки притяжения, где стикеры образуют коллективный коллаж, стихийно организованную выставку.
Фото: Спот в московском баре: на фоне рекламы, QR-кодов и
простых наклеек резко выделяются авторские персонажи. Фото автора
Пока для случайного прохожего наклейки остаются странными яркими пятнами на фоне потрескавшейся штукатурки, для «стикеристов» они превращаются в способ коммуникации. Получается, стикер-арт включает некий парадокс: художники сохраняют анонимность в глазах «чужих» горожан, которые не имеют отношения к сообществу, и в то же время «свои» без труда узнают метки знакомых:
«Сам я клеил чаще в местах, где нет других стикеров, потому что споты чистят. Но споты мне нравилось рассматривать: я узнавал других стикеристов и команды по тэгам и стикерам». (Максим)
«Я выбирал место проходимое и заметное: общие споты в центре города, знаки, трубы. Году в 21-м TomА 3000 даже создал стикербоксы для обмена: он из картона имитировал электрощитки, чтобы ЖКХ не снимали их. Каждый мог положить свой стикер и взять чужой». (Морда)
Фото: Тот самый ящик. Фото из соцсетей TomA 3000
Практика обмена работами — стикерами, рельефами, плакатами — распространённая форма взаимодействия внутри сообщества. Настя, хотя и не входила в «тусовки», тоже упоминает это в беседе: она дарила свои рельефы другим художникам, которые отдавали ей на память авторские стикеры. Многие «стикеристы» отмечают: стикер-арт движение — одно из самых неконфликтных и дружелюбных неформальных сообществ. Стать его частью может любой творческий человек, достаточно соблюдать несложные правила: создавать стикеры, приносить их на городские фестивали (например, на московский STICKFEST) и не клеить свои изображения поверх чужих — такое поведение считается конфликтным.
Желание найти «своих» — одна из мотиваций и для Марины. Стикеры, которые фотографирует девушка, далеко не всегда связаны с сообществом художников. Она обращает внимание на символику любимых фандомов, названия рок-групп и кадры из кино («Мне нравится находить что-то фандомное, связанное с музыкой или фильмами») илина изображения, выполненные в альтернативной, неформальной эстетике («Есть стили, которые мне близки — я обращаю внимание на стикеры, связанные с ними»). В такие моменты город кажется Марине более комфортным, она думает о том, что в лабиринтах незнакомых переулков всегда можно встретить единомышленников, даже если оних напоминает лишь наклейка на столбе светофора. Разговор с Мариной о стикерах в фанатской культуре логически завершает нашу беседу — здесь заканчивается практика стикер-арт сообщества, участникам которого крайне важен акцент на авторстве, и начинается поле для анонимных высказываний поклонников фандомов.
Истории Марины, Морды, Максима и Насти помогают взглянуть на стикеры и споты как на экосистему со своими циклами и законами:Художники проходят долгий путь становления — от поиска себя в подростковые годы и первых творческих экспериментов до создания стрит-арт объектов, работе в командах и организации фестивалей.
Стикербомбинг тесно связан с интересами неформальных сообществ: стикеристы, как правило, находятся в одних компаниях с райтерами и скейтерами, в тоже время сами занимаются граффити и тэггингом; участники других субкультур могут маркировать локации стикерами в своей эстетике, чтобы привлечь внимание единомышленников.
Практика, изначально связанная с неформальным течением, может вдохновлять на эксперименты с формой художников, которые не относят себя к конкретной «тусовке».
Всегда найдутся те, кто разделяет взгляды уличных художников: пока одни горожане называют стикербомбинг вандализмом, другие фотографируют на память необычные стикеры на фонарях и водосточных трубах.
№99
Анастасия Несмеянова
Пока для случайного прохожего наклейки остаются странными яркими пятнами на фоне потрескавшейся штукатурки, для «стикеристов» они превращаются в способ коммуникации. Получается, стикер-арт включает некий парадокс: художники сохраняют анонимность в глазах «чужих» горожан, которые не имеют отношения к сообществу, и в то же время «свои» без труда узнают метки знакомых:
«Сам я клеил чаще в местах, где нет других стикеров, потому что споты чистят. Но споты мне нравилось рассматривать: я узнавал других стикеристов и команды по тэгам и стикерам». (Максим)
«Я выбирал место проходимое и заметное: общие споты в центре города, знаки, трубы. Году в 21-м TomА 3000 даже создал стикербоксы для обмена: он из картона имитировал электрощитки, чтобы ЖКХ не снимали их. Каждый мог положить свой стикер и взять чужой». (Морда)
Фото: Тот самый ящик. Фото из соцсетей TomA 3000
Практика обмена работами — стикерами, рельефами, плакатами — распространённая форма взаимодействия внутри сообщества. Настя, хотя и не входила в «тусовки», тоже упоминает это в беседе: она дарила свои рельефы другим художникам, которые отдавали ей на память авторские стикеры. Многие «стикеристы» отмечают: стикер-арт движение — одно из самых неконфликтных и дружелюбных неформальных сообществ. Стать его частью может любой творческий человек, достаточно соблюдать несложные правила: создавать стикеры, приносить их на городские фестивали (например, на московский STICKFEST) и не клеить свои изображения поверх чужих — такое поведение считается конфликтным.
Желание найти «своих» — одна из мотиваций и для Марины. Стикеры, которые фотографирует девушка, далеко не всегда связаны с сообществом художников. Она обращает внимание на символику любимых фандомов, названия рок-групп и кадры из кино («Мне нравится находить что-то фандомное, связанное с музыкой или фильмами») илина изображения, выполненные в альтернативной, неформальной эстетике («Есть стили, которые мне близки — я обращаю внимание на стикеры, связанные с ними»). В такие моменты город кажется Марине более комфортным, она думает о том, что в лабиринтах незнакомых переулков всегда можно встретить единомышленников, даже если оних напоминает лишь наклейка на столбе светофора. Разговор с Мариной о стикерах в фанатской культуре логически завершает нашу беседу — здесь заканчивается практика стикер-арт сообщества, участникам которого крайне важен акцент на авторстве, и начинается поле для анонимных высказываний поклонников фандомов.
Истории Марины, Морды, Максима и Насти помогают взглянуть на стикеры и споты как на экосистему со своими циклами и законами:Художники проходят долгий путь становления — от поиска себя в подростковые годы и первых творческих экспериментов до создания стрит-арт объектов, работе в командах и организации фестивалей.
Стикербомбинг тесно связан с интересами неформальных сообществ: стикеристы, как правило, находятся в одних компаниях с райтерами и скейтерами, в тоже время сами занимаются граффити и тэггингом; участники других субкультур могут маркировать локации стикерами в своей эстетике, чтобы привлечь внимание единомышленников.
Практика, изначально связанная с неформальным течением, может вдохновлять на эксперименты с формой художников, которые не относят себя к конкретной «тусовке».
Всегда найдутся те, кто разделяет взгляды уличных художников: пока одни горожане называют стикербомбинг вандализмом, другие фотографируют на память необычные стикеры на фонарях и водосточных трубах.
№99
Анастасия Несмеянова