Анна Ревякина
Автор поэмы "Шахтерская дочь", член Союза писателей России, член Правления союза писателей ДНР. Родилась в Донецке, там же окончила школу, университет, аспирантуру
21 грамм
<...>
"Сильный должен защищать слабого", –
говорил папа всё моё детство.
Восемь лет он лежит в диком поле
под моим Донецком
и шлёт мне эти буковки.
Папиными молитвами.
Всё, что у меня есть, это могильные плиты
отца и деда
под свинцовым донбасским небом.
В июле двадцатого под Ростовом,
когда меня произвели в рядовые
бескрайней страны,
от Калининграда и до Хабаровска,
много ли во мне тогда было радости?
Много.
Но и боли много.
"Должен ли сильный защищать слабого?" –
спрашивала я строго.
Спрашивала и даже требовала,
рассказывала про свинцовое донбасское небо.
Говорила пора, пора
знамя победы поднять на-гора
из забоя, подвала, траншеи.
Победить уродливого Кощея.
<...>
Анна Долгарева
Автор поэмы "Шахтерская дочь", член Союза писателей России, член Правления союза писателей ДНР. Родилась в Донецке, там же окончила школу, университет, аспирантуру
21 грамм
<...>
"Сильный должен защищать слабого", –
говорил папа всё моё детство.
Восемь лет он лежит в диком поле
под моим Донецком
и шлёт мне эти буковки.
Папиными молитвами.
Всё, что у меня есть, это могильные плиты
отца и деда
под свинцовым донбасским небом.
В июле двадцатого под Ростовом,
когда меня произвели в рядовые
бескрайней страны,
от Калининграда и до Хабаровска,
много ли во мне тогда было радости?
Много.
Но и боли много.
"Должен ли сильный защищать слабого?" –
спрашивала я строго.
Спрашивала и даже требовала,
рассказывала про свинцовое донбасское небо.
Говорила пора, пора
знамя победы поднять на-гора
из забоя, подвала, траншеи.
Победить уродливого Кощея.
<...>
Анна Долгарева
Член Союза писателей РФ, Союза писателей ЛНР. В 2015-2017 годах работала военным корреспондентом в Донецкой и Луганской народных республиках. Тексты переводились на немецкий и сербский языки.В город пришла война.
В город ложатся мины.
В городе разорвало водопровод,
и течет вода мутным потоком длинным,
и людская кровь, с ней смешиваясь, течет.
А Серега – не воин и не герой.
Серега обычный парень.
Просто делает свою работу, чинит водопровод.
Под обстрелом, под жарким и душным паром.
И вода, смешавшись с кровью, фонтаном бьет.
И, конечно, одна из мин
становится для него последней.
И Серега встает, отряхиваясь от крови,
и идет, и сияние у него по следу,
и от осколка дырочка у брови.
И Серега приходит в рай – а куда еще?
Тень с земли силуэт у него чернит.
И говорит он: «Господи, у тебя тут течет,
кровавый дождь отсюда течет,
давай попробую починить».
Андрей Расторгуев
Поэт, переводчик, публицист. Родился в 1964 году в городе Магнитогорске Челябинской области. Член Союза писателей России. Кандидат исторических наук. Живёт в Екатеринбурге.
Памяти
солдата морской пехоты
Ивана Лукина
.
Он не пишет, не спит, не кричит –
в телефонную плитку молчит.
Не звони, даже если дела –
похоронка на сына пришла.
Он бы сам, если надо стране,
за победу погиб на войне –
про былую до нынешних слёз
много слов он всерьёз произнёс.
А слова, что живая трава,
в наших детях растут на раз-два.
Сын морпехом ушёл на контракт,
и теперь – у невидимых врат.
В южном городе русской земли,
где людей языки развели,
за присягу, солдат рядовой,
он ответил своей головой.
.
Чтобы нá ветер слов не бросать,
что отцу в Телеграм написать?
Если слово вернётся к нему,
я поверю ему одному.
Любовь Берзина
Родилась в Москве. Окончила факультет журналистики МГУ. Стихи переведены на сербский, румынский, итальянский, испанский, английский и французский языки. Член Союза писателей России.
Воин
солдата морской пехоты
Ивана Лукина
.
Он не пишет, не спит, не кричит –
в телефонную плитку молчит.
Не звони, даже если дела –
похоронка на сына пришла.
Он бы сам, если надо стране,
за победу погиб на войне –
про былую до нынешних слёз
много слов он всерьёз произнёс.
А слова, что живая трава,
в наших детях растут на раз-два.
Сын морпехом ушёл на контракт,
и теперь – у невидимых врат.
В южном городе русской земли,
где людей языки развели,
за присягу, солдат рядовой,
он ответил своей головой.
.
Чтобы нá ветер слов не бросать,
что отцу в Телеграм написать?
Если слово вернётся к нему,
я поверю ему одному.
Любовь Берзина
Родилась в Москве. Окончила факультет журналистики МГУ. Стихи переведены на сербский, румынский, итальянский, испанский, английский и французский языки. Член Союза писателей России.
Воин
Я озабочена телом – как бы не постареть.
Он озабочен делом – под пулями не умереть.
Я тупо пялюсь в компьютер, и мне здесь сам чёрт не брат.
А он поднимается утром и в руки берёт автомат.
Стреляю я только в тире – почти попадая в цель.
А он на все вещи в мире глядит сквозь прицела щель.
Мои не разрушены стены и город прочно стоит –
Его же вскипают вены и дом его в пыль разбит.
О, как я смеюсь лукаво с друзьями у пышных столов,
Но корка в руках кровава у воина от костров.
Мой мир нерушим, казалось, – как крепость, как Кремль, как храм,
Но стоит шагнуть на малость – и я уже буду там:
Где бомбы слетают с неба, как гибельные цветы,
Где станешь нужнее хлеба – защитник и воин – ты!
Олеся Николаева
Поэтесса, прозаик, эссеист. Профессор Литературного института им. Горького, член Союза писателей СССР. Победитель Национальной премии «Слово» 2024 года.
Он озабочен делом – под пулями не умереть.
Я тупо пялюсь в компьютер, и мне здесь сам чёрт не брат.
А он поднимается утром и в руки берёт автомат.
Стреляю я только в тире – почти попадая в цель.
А он на все вещи в мире глядит сквозь прицела щель.
Мои не разрушены стены и город прочно стоит –
Его же вскипают вены и дом его в пыль разбит.
О, как я смеюсь лукаво с друзьями у пышных столов,
Но корка в руках кровава у воина от костров.
Мой мир нерушим, казалось, – как крепость, как Кремль, как храм,
Но стоит шагнуть на малость – и я уже буду там:
Где бомбы слетают с неба, как гибельные цветы,
Где станешь нужнее хлеба – защитник и воин – ты!
Олеся Николаева
Поэтесса, прозаик, эссеист. Профессор Литературного института им. Горького, член Союза писателей СССР. Победитель Национальной премии «Слово» 2024 года.
Пленник
Пленный солдат не глядит в упор,
косит — и ни ме, ни бе.
Но чует печёнкой, что этот спор
идёт о его судьбе.
Один охранник — белый, седой:
— Нехай валит домой!
— В расход его! — говорит молодой. —
Зароем, и с глаз долой!
За складкой ночи, сырой стеной,
за хрупкой сетчаткой глаз,
за чуткою перепонкой ушной
решается всё сейчас!
За далью неба, там, где пасут
духи — наш овчий двор,
едва ль не с рожденья наш длится суд,
выносится приговор.
Один — смотрящий — не ест, не спит:
— Ослабь, говорит, ремни!
А другой говорит, другой говорит:
— Потуже всё затяни!
Железом, жестью, ржавью, фольгой
жизнь схвачена в каждом шве…
Один говорит, говорит другой
у пленника в голове.
…Когда же откроешь ты третий глаз,
услышишь ты третий глас:
ни вправо, ни влево, — тебе тотчас
откроется тайный лаз.
Но сам себе не дай слабину,
себе не черти черту,
спускаясь в самую глубину,
летящую в высоту.
Ольга Ершова
Драматург, режиссер, автор сценарист. Родилась в Одессе, после окончания университета по специальности «Прикладная лингвистика» работала теле- и радиоведущей, писала стихи и либретто для музыкальных спектаклей. Живет и работает в Москве. Лауреат международных литературных фестивалей. Лауреат Национальной премии «Слово» 2024 года.
косит — и ни ме, ни бе.
Но чует печёнкой, что этот спор
идёт о его судьбе.
Один охранник — белый, седой:
— Нехай валит домой!
— В расход его! — говорит молодой. —
Зароем, и с глаз долой!
За складкой ночи, сырой стеной,
за хрупкой сетчаткой глаз,
за чуткою перепонкой ушной
решается всё сейчас!
За далью неба, там, где пасут
духи — наш овчий двор,
едва ль не с рожденья наш длится суд,
выносится приговор.
Один — смотрящий — не ест, не спит:
— Ослабь, говорит, ремни!
А другой говорит, другой говорит:
— Потуже всё затяни!
Железом, жестью, ржавью, фольгой
жизнь схвачена в каждом шве…
Один говорит, говорит другой
у пленника в голове.
…Когда же откроешь ты третий глаз,
услышишь ты третий глас:
ни вправо, ни влево, — тебе тотчас
откроется тайный лаз.
Но сам себе не дай слабину,
себе не черти черту,
спускаясь в самую глубину,
летящую в высоту.
Ольга Ершова
Драматург, режиссер, автор сценарист. Родилась в Одессе, после окончания университета по специальности «Прикладная лингвистика» работала теле- и радиоведущей, писала стихи и либретто для музыкальных спектаклей. Живет и работает в Москве. Лауреат международных литературных фестивалей. Лауреат Национальной премии «Слово» 2024 года.
Я хотел бы молчать, но, кажется, не могу;
Я ребёнок, искавший крошки зимой в снегу,
Я солдат, что за ночь побоища стал седым,
Партизан, на последнем вздохе сглотнувший дым,
Я блокадник, застывший замертво у станка,
Я девчонка, сестру схватившая за рукав,
Я еврей, пробуривший дырочку из земли,
Чтобы... вдруг не найдут...(заметили и нашли),
Я подопытный кролик вермахтских лагерей -
Чей-то сын, что для них не стоил и двух рублей,
Я та мать, что в одно мгновенье сошла с ума,
Я гора похоронок, скорби людской тюрьма,
Я Хелмно, Треблинка, Белжец и Собибор,
Я от мук и крови выгоревший простор,
Нерождённый ребёнок, отнятая судьба,
Я в яру распятом щуплых людей гурьба,
Я над грудой тел склонённая медсестра,
Я истошный крик земных и душевных ран;
Огнемётом и потом выбитая стезя,
Я огромное что-то, что предавать нельзя.
Сергей Лобанов
Поэт, участник Специальной военной операции, кавалер ордена Мужества, член Союза писателей России. Приз имени Константина Симонова Национальной премии «Слово» 2024 года.
Я ребёнок, искавший крошки зимой в снегу,
Я солдат, что за ночь побоища стал седым,
Партизан, на последнем вздохе сглотнувший дым,
Я блокадник, застывший замертво у станка,
Я девчонка, сестру схватившая за рукав,
Я еврей, пробуривший дырочку из земли,
Чтобы... вдруг не найдут...(заметили и нашли),
Я подопытный кролик вермахтских лагерей -
Чей-то сын, что для них не стоил и двух рублей,
Я та мать, что в одно мгновенье сошла с ума,
Я гора похоронок, скорби людской тюрьма,
Я Хелмно, Треблинка, Белжец и Собибор,
Я от мук и крови выгоревший простор,
Нерождённый ребёнок, отнятая судьба,
Я в яру распятом щуплых людей гурьба,
Я над грудой тел склонённая медсестра,
Я истошный крик земных и душевных ран;
Огнемётом и потом выбитая стезя,
Я огромное что-то, что предавать нельзя.
Сергей Лобанов
Поэт, участник Специальной военной операции, кавалер ордена Мужества, член Союза писателей России. Приз имени Константина Симонова Национальной премии «Слово» 2024 года.
Моя жена
Моя жена сильнее многих женщин,
Она – жена военного, и ей
Обычный мир судьбою не обещан
С его привычным ходом дел и дней.
Смиренно наблюдая за часами,
Но втайне их медлительность кляня,
Неделями, нередко – месяцами
Она, не уставая, ждёт меня.
Моя жена сильнее многих женщин.
Когда в командировке я, она
Замажет на стене узор из трещин,
По комнатам пройдёт, как старшина.
Подвинет шкаф, сама починит дверцу,
Которую сломал проказник-сын.
А по ночам она рисует сердце
Из наших двух сердечных половин.
Даст Бог, меня любить не станет меньше,
Насытившись разлуками сполна.
Моя жена сильнее многих женщин,
Но в этой силе есть моя вина.
Она – жена военного, и ей
Обычный мир судьбою не обещан
С его привычным ходом дел и дней.
Смиренно наблюдая за часами,
Но втайне их медлительность кляня,
Неделями, нередко – месяцами
Она, не уставая, ждёт меня.
Моя жена сильнее многих женщин.
Когда в командировке я, она
Замажет на стене узор из трещин,
По комнатам пройдёт, как старшина.
Подвинет шкаф, сама починит дверцу,
Которую сломал проказник-сын.
А по ночам она рисует сердце
Из наших двух сердечных половин.
Даст Бог, меня любить не станет меньше,
Насытившись разлуками сполна.
Моя жена сильнее многих женщин,
Но в этой силе есть моя вина.
Источник: Год Литературы
